Ольга Шамина, редактор отдела экономики Русской службы Би-би-си – о снятии санкций ЕС с акционеров Альфа-банка
Примерно год назад многие ждали снятия санкций с Михаила Фридмана и Петра Авена. Тогда они были одними из немногих российских крупных бизнесменов, кто публично покинул Россию после того, как она напала на Украину.
Уроженец Львова Фридман публично осудил войну, но в довольно сдержанных выражениях. Фактически оба миллиардера заняли промежуточную позицию — они против войны, в России не живут, но и ситуацию в ней особенно не критикуют.
Санкции для обоих явно были серьезной проблемой. У Петра Авена есть гражданство Латвии, он публично называл эту страну своим домом. При этом ходили слухи, что его могут лишить ее гражданства (в этом случае он обещал судиться).
С начала войны Фридман жил в Великобритании, которая уже ввела против него санкции. Он был сильно ограничен в расходах, а СМИ писали о возможном расследовании по связанному с ним делу. В октябре 2023 года стало известно, что он приехал в Москву — тогда это восприняли, как попытку бизнесмена восстановить связи с российским руководством.
Еще в середине 2023 года многие следили за перипетиями в отношении снятия санкций с Фридмана и Авена как за важным примером. Тогда казалось, что если снять санкции с бизнесменов, которые уехали из России и публично осудили войну, даже в мягких и осторожных выражениях, то это могло бы стать примером для других.
В апреле 2024 года, когда война уже идет больше двух лет, экономика России растет на бюджетных деньгах, а российские бизнесмены явно не думают уезжать или публично осуждать войну, снятие санкций с Фридмана и Авена уже не кажется значимым политическим сигналом — особенно с учетом публикаций о поездках Фридмана в Москву.
Но стоит отметить, что санкции снял с них суд, а не европейские чиновники — а в странах ЕС суд все же отделен от исполнительной власти. Так что вряд ли этим решением кто-то собирался посылать сигнал другим бизнесменам.
Введение санкций, особенно в первые месяцы войны, было действительно хаотичным. Но время для того, чтобы использовать сегодняшнее решение суда как козырь в политической игре, явно ушло.
