Можно ли создать новый «Вагнер», но внутри Минобороны России? Рассуждает военный корреспондент Русской службы Би-би-си Павел Аксенов
Формирование добровольческих отрядов, о котором российский президент Владимир Путин говорил накануне на встрече с бывшим командиром ЧВК «Вагнер», многие восприняли как попытку воссоздать такую частную структуру в составе Министерства обороны России.
Для этого есть все основания — вагнеровцев российские военные в своих сводках именовали именно «добровольцами». Однако нынешняя (очередная) попытка создать ЧВК в рамках госструктуры противоречит самой сути «Вагнера» и его роли в войне, а также его отношениям с Минобороны.
Предыдущая попытка заставить наемников подписать контракты с военным ведомством и перейти в его подчинение закончилась мятежом, походом «Вагнера» на Москву — и в конце концов привела, как считает, наверное, большинство, к гибели руководства ЧВК. Наемники не собирались играть по государственным правилам.
Частная военная компания как форма организации никак не регулируется российским законодательством. Между тем «Вагнер», как и другие ЧВК, существовали и продолжают существовать. В этом отчасти и заключается их преимущество как боевых частей — они свободны от ответственности, что нарушает принцип единоначалия, но при этом они и не зависят от ошибок командования.
Армия — очень сложная и громоздкая госструктура, деятельность которой регулируется массой документов: законов, уставов, наставлений. Ее действия на войне тем успешней, чем лучше она организована. Между тем в войне в Украине российская армия продемонстрировала большие системные проблемы, которые проявились в планировании операций, их проведении, взаимодействии различных частей, подготовке военных, дисциплине, снабжении, наконец, в социальном обеспечении.
ЧВК «Вагнер» был изначально свободен от армейской бюрократии. Небольшая частная армия Евгения Пригожина предлагала намного более выгодные контракты своим сотрудникам, за счет чего смогла нанять опытных офицеров и солдат. «Вагнер» выплачивал не только зарплаты — семьям погибших стабильно передавались большие суммы денег. Поэтому для многих российских мужчин, отслуживших в армии, было выгоднее присоединиться именно к ЧВК, а не заключать контракты с Минобороны.
Когда «Вагнер» оказался на фронте, Пригожин получил от государства большие полномочия - он мог нанимать заключенных в колониях, использовать их в «мясных штурмах», которые сильно облегчали работу уже профессиональных наемников, он получал помощь от Минобороны — военную технику, оружие, боеприпасы, поддержку армейских частей во время боев.
Наконец, Пригожину разрешили де-факто вводить собственный военно-уголовный кодекс, с казнями дезертиров и тех, кто переходил на украинскую сторону. Помните судьбу Евгения Нужина, убитого кувалдой? Скорее всего, да. А помните, как наемники из ЧВК понесли за это наказание? Точно нет — этого не было. «Вагнер» заменил закон корпоративным кодексом чести, и это сошло с рук его руководству.
ЧВК существовала вне государственной системы — и была в этом эффективной. Именно поэтому и понадобилась такая группа на фронте. Если бы российская армия могла сама взять Бахмут, никто бы не стал отправлять на фронт наемников.
@bbcrussian
