Корреспондент Би-би-си Святослав Хоменко - о феномене Алексея Арестовича:
Сложно найти по обе стороны фронта человека, который вызывал бы такую гамму столь сильных и совершенно противоположных эмоций. Его считают пророком и шарлатаном одновременно, его обожают и ненавидят, к нему почтенно прислушиваются и его фамилию употребляют в качестве имени нарицательного в совсем неприглядных контекстах.
А может, правда в том, что Арестович и является всем этим одновременно?
Он пришел в офис президента Зеленского в первый день после полномасштабного вторжения России в Украину. От своих источников я знаю, что настроение в офисе было, мягко говоря, нервозное. Вне пределов офиса - близкое к паническому. Сирены на улицах, пробки на выездах из крупных городов, огромные очереди в супермаркетах. Но, с другой стороны, уже в первые часы войны стало понятно, что украинцы не встречают российскую армию с цветами, а очереди выстроились не только к банкоматам, но и к военкоматам.
В этой ситуации президентская команда нуждалась в голосе, который от имени власти, из помещения офиса президента доносил бы миллионам украинцев простые месседжи. Не паникуем. Власть на месте. Россияне врут насчет своих феноменальных успехов. На самом деле мы сопротивляемся. Все будет хорошо. Мы победим. Возможно, даже очень скоро. Поэтому не опускаем руки. И не паникуем.
В одном из интервью Арестович признавался, что в первые дни большой войны сам не до конца верил в установки, которые озвучивал с телеэкранов. Но украинскому обществу, не готовому к войне такого масштаба, нужно было успокоительное. И Арестович умело выполнял эту функцию, благодаря чему застолбил за собой место в украинской околовоенной мифологии.
Вероятно, определенную роль Арестович играл и в качестве информационного оружия Киева, направленного на противника: большую часть своих эфиров он проводил по-русски, и вряд ли можно найти контент, который демотивировал бы потенциальных российских солдат идти на войну больше, чем фронтовые сводки в его исполнении.
Но постепенно к эфирам Арестовича накапливались претензии в содержательном плане. Его обвиняли в том, что никакого эксклюзивного доступа к информации с фронтов у него нет, он просто творчески переосмысливает данные открытых источников.
Ему предъявляли претензии в недостаточном патриотизме - он высказался в защиту "хороших русских" и выступал в защиту русского языка в Украине будущего.
А потом случился Днепр. Фраза о том, что на многоэтажку на Набережной Победы могла упасть ракета, сбитая украинскими силами ПВО, оброненная Арестовичем и подхваченная российской пропагандой, - в то время как из-под завалов продолжали извлекать тела жертв трагедии, - вызвала бурю негодования даже среди его вчерашних почитателей.
Крови Арестовича требовали настолько громко, что для команды Зеленского ущерб от его сохранения в обойме (причем относительной обойме, в ближайший круг соратников Зеленского он и так не входил) явно перевешивал гипотетическую пользу от обладания таким активом, явно ставшим токсичным. Этим, скорее всего, и можно объяснить появление сегодняшнего заявления Арестовича об отставке.
https://bbc.in/3IUho6h
Если ссылка выше не открывается, читайте здесь.
