Россиянам, которые стремятся сохранять связи с миром, свободно передвигаться или переехать в другую страну, теперь надо преодолевать сразу два барьера — внутренний и внешний. Рассуждает Максим Трудолюбов
Электронные повестки, отправка которых закрывает выезд из страны, должны предотвратить бегство россиян за границу. Это «прогрессивно»: никакого бетона, металла и колючей проволоки — только электронные документы, создание единых баз данных и биометрия на границе. Соседи России тем временем придумывают визовые ограничения и возводят вокруг России физические стены. Это делают Латвия, Литва, Норвегия, Польша, Эстония, а теперь еще и Финляндия.
Ограждения вокруг РФ вписываются во всемирную волну заборостроения, которая продолжается более 20 лет. Стены на границах строили или строят около 70 стран — более трети государств мира. Из них действительно работают (например, предотвращают теракты) далеко не все. Один из примеров подобных защитных заграждений — заборы в Белфасте, разделявшие католические и протестантские районы города.
Но стены существуют не только, а часто и не столько как фортификационные сооружения, сколько как символические разделительные линии. Те, кто находятся внутри, видят в себе «цивилизацию». В тех, кто находятся снаружи, они видят «варваров». Россия, гордящаяся своей культурой, сумела добиться того, что ее соседи видят в ней «степь», «кочевничество» и «варварство».
Подробнее о том, зачем Россия закрывает границы, а соседние страны возводят стены на приграничных с РФ территориях — в материале Максима Трудолюбова, вышедшем 26 апреля.
